Подарок для любимой

Красоту от обычности отличают мелкие на первый взгляд детали. Однако, глаз сразу и безошибочно выхватывает эти особенности и складывает их в единую восхитительную и уникальную картину, явление природы, предмет обожания и преклонения. Жена у Сергея была именно красивой. В меру высокая, стройная, ангельским лицом невинной монахини и идеальными пропорциями груди, талии, таза и бедер. Он взял её в жены уже не девственницей и подозревал, что до него она имела очень бурную половую жизнь.

Славное озеро

— Ишь, что удумали! На озеро в июне идтить! – Трясла волосатым подбородком баба Дуня, - Туда и первородки ходить боятся в енто время, не то шо малолетние девки! Чо вам тутова развлечений не хватает?! Кто только вас надоумил на такое?! Поди ребятишки местные?! Паршивцы! Нельзя туда до Ивана Купала ходить! Никому! Особенно девкам! Не пущу! Хоть режьте! - Бабушка не на шутку разошлась, когда приехавшая отдохнуть и проведать родню внучка Лиза c подружкой Катей объявили ей, что собрались с утра позагорать на озеро Славное.

Лида с рецепшен - 2

Лида разглядывала этот придаток компьютерной мыши и понимала, что в этом мире деньги не платятся просто так. Ей сбросились на четверть миллиона, чтобы она «лишилась девственности» с этим, с позволения сказать фриком, который сейчас сидел с ней в закусочной, одной рукой ловко засаживая в себя бургер, размазывая соус по щекам, второй не выпускал ни на секунду из рук огромного телефона.

Вадим был конторской знаменитостью. Если остальные были рабочими, стоившими дома с помощью инструментов, он был тем, что делает эти инструменты.

Никоретта - 3

Я открыл пачку, и потянул носом чуть сладковатый, такой особенный с кислинкой запах фильтра и бумаги. Достал и покрутил в пальцах тонкую сигарету. В ней аромат отдушек и табака смешались в неповторимый букет, который с наслаждением вбираю носом. Сигарета чуть похрустывает табаком по бумаге под пальцами. Я не любитель их разминать. Наоборот, разворачиваю сигарету фильтром к пачке и несколько раз резко стучу по ней, чтобы табак сбился плотнее. На кончике сигареты появляется довольно большой пустой участок сигаретной гильзы.

Словесности изящные изгибы - 3

И не хмурь, пожалуйста, бровей!

С каждым днем в тебе все больше прозы.

Что ты знаешь про огонь страстей?

Про мольбы, страдания и слезы?

Нестервана [рассказ на заказ]

Второй день на свадьбе больше похож на всеобщую опохмелку. Люди выползают кто откуда, помятые и небритые. Заглохшая было за полночь гулянка потихоньку разгорается с новой силой. Суетливые женщины мечут на стол чистые тарелки, неспешные мужики, кряхтя и жалуясь "на вчерашнее" солидно разливают «лекарство» и чокаются. Вокруг царит тягучее предвкушение. Все ждут «молодых».

Сейчас уже никто не верит в непорочность невест и святость первой брачной ночи.

Было, есть и будет

У неё были красные волосы, длинная шея, крупная грудь и крепкий круглый зад. И неприступное, но несмотря на возраст смазливое личико. Она строила из себя крутую прошаренную во всех взрослых вопросах бабу, эксперта в косметике, взаимоотношениях, а также вибраторах и прочих приблудах для дешёвого и безотказного женского оргазма, о чём рассказывала в своём видеоблоге на миллионную аудиторию фанаток. При этом в глазах её морзянкой сигналила вселенская бабская тоска, которая случается с этими независимыми обладателями гипертрофированных грудных желёз, если на четвёртом десятке у них всё ещё нет за душой ни брака, ни детей.

Пацанская любовь в суровой реальности бытия

Кто не любит симпатяшек? С крупной грудью, точёной талией и крепенькой попкой? С влажными пухлыми губами и томным взглядом? Все пацаны любят. Ну, кроме Виталика. Тот у нас особенным уродился.

Вот Маринка - та красивая даже. Не просто симпатичная. Все при ней, даже ум. Но его у неё всё равно не хватает, чтобы понять, что ей нужен только я, и никто кроме меня. Я заколебался на словах и на деле доказывать ей, что не существует в нашем поселке другого такого клёвого и романтичного пацана как я.

Семь дней

День 1

Ухоженный подъезд пятиэтажки, цветы на подоконниках, чистый пол. Никаких облупленных стен, бычков и плевков по углам. Это приятно удивляло. Подниматься на пятый этаж с непривычки было тяжело. Аня приняла быстрый темп, но уже на третьем этаже в легких стало что-то хрипеть и булькать, а грудь задушил надрывный кашель. Сердце бешено колотилось, и девушка притормозила, пошла уже спокойнее, на ставшими ватных ногах. Она сильно волновалась.

Друзья по жизни

Мне повезло с друзьями - Паша и Димка. Я знаю их с детства. Мы учились в одном классе до выпуска, да и потом не потерялись по жизни. Всё у нас было общее - свободное время, уроки, увлечения, а потом и девушки. Последние стали появляться в нашей компании ближе к старшим классам. Сначала мы с ними шалили потихоньку, зажимали по углам, тиская под их веселые визги. Они только для виду отнекивались, но, когда доходило до дела, сами раздвигали ноги и позволяли делать с ними все, что угодно.

Огурец в конечной точке

Когда-то в нашем поселке было весело. Пьяные на тракторах рассекали по непролазной грязи улиц, палили из ружей, гоняли голых баб по огородам, бухали до синьки и пачками дохли от передоза.

Лично я той жизни уже не застал – поздно родился. Алкаши спились, остальные завязали. Молодёжь перешла на соль, а из настоящих «трушных» наркоманов остался один - Леший. Он доживал свою тридцатипятилетнюю никчёмную жизнь то покачиваясь в кумаре в самых неожиданных местах, " эй, Леший, не спи, замерзнешь!

Валера и любимые изгибы

Валера всегда мечтал стать мойщиком машин. Когда его спрашивали родители, или в школе, он всегда отвечал на это счёт чётко и однозначно. Напротив их окон дома как раз находилась автомойка, и маленький Валера мог часами наблюдать как к ней подъезжают грязные замызганные чушки, а уезжают в неведомую и счастливую жизнь блестящие глянцем и хромом четырёхколёсные красавицы.

Такое приземленное вроде бы увлечение немало озадачивало педагогов и родителей, однако его настрой был столь непоколебим, что они просто махнули на него рукой.

Остался только один вход

В "имении" Плетневых летом, бывало, собиралось сразу четыре поколения: сами хозяева - благородные заслуженные пенсионеры, трое их детей, часто с семьями и внуки, некоторые из которых уже сами имели детей. К счастью, не все одновременно. Родственники планировали между собой эту поездку к родителям, чтобы провести выходные на лоне природы, переночевать в большом деревенском доме, которые деды строили всю свою жизнь. Коттедж этот, огромный по местным меркам, похоже, и проектировался с расчетом на такие "набеги", так как для двоих он был слишком большой и заполнен небольшими уютными комнатами с разномастной архаичной мебелью и "бабушкиным" текстилем на кроватях и занавесках.

Некоторые ошибочные решения

— Ну вот, Олеська, нравится? А говорила «я не такая!». – Злорадно заметила Анна, поднимая ритмично качающуюся голову Олеси за её длинные спутанные темные волосы и заглядывая в лицо. Глаза сестры были закрыты, рот издавал чуть слышные стоны удовольствия.

Сестра была зажаты между двумя мужскими телами и казалась на их фоне совсем тростиночкой. Молодая миловидная и худая девочка, раздираемая двумя мощными членами.

— Когда бы ты со своим такое попробовала?

Словесности изящные изгибы - 2

Источник страсти есть во мне

Великий и чудесный;

Песок серебряный на дне,

Поверхность лик небесный;

Фортуна любит дураков и юных. Только так можно объяснить, что изыскания Анны на половом фронте на протяжении двух месяцев всё еще оставались для неё безнаказанными. Они с Денисом, будто дорвались до бездонной банки с вареньем и черпали, сладко пригубливали из неё ароматный эликсир телесных утех.

Как дети играют в «гостей», раскладывая «блюда» и рассаживая куклы за маленький столик, повторяя сцены увиденные дома, со взрослыми, так и эти два озабоченных молодых человека решили испробовать на себе всё, что они когда-либо видели или слышали о сексе.

Тот самый важный день - 2

На утро Аня проснулась знаменитой на весь колледж. Только и разговоров было как новенькая «сдоила» судью. Неприятный мужчина потом вытолкал смущенного парня из кабинки, и его заменил один из запасных для того, чтобы закончить соревнование. По баллам прошли девятнадцать девушек. Ей просто повезло, что парень кончил ей в рот, иначе, по набранным оценкам она не попадала даже в первые тридцать.

Подружки не знали, как теперь поступить. После такого отборочного тура не стоило и думать меняться обратно.

Мстудовия [рассказ на заказ]

Если живешь вдвоём с не самой ответственной в мире мамой, поневоле взрослеешь раньше сверстников. Быстро понимаешь, что еда берется не из холодильника. Что хлеба с конфитюром не будет, если сам не сходишь за ним в магазин. Картошку надо жарить с открытой крышкой и помешивая, не то получится каша. Что существует квартплата, и мамина зарплата, что они - почти одинаковы. И еще много мелких житейских наблюдений. Это в полной семье ты – ничего не умеющий маленький мальчик до двадцати пяти.

Она - моя, и другие склонения

Сам я рос в семье одним ребенком. Из-за чего целый пласт отношений с братьями и сестрами напрочь отсутствует в моём понимании и обиходе. Поэтому, когда я женился на девушке с огромным числом родственников, я, скрипя мозгами долго пытался усвоить помимо разумеющихся в таких случаях тестя и тещи, еще и всяких шуринов, зятьёв, деверей, золовок, и невесток. А также крёстных и более отдаленных родственников, многих из которых первый и единственный раз я видел на самой свадьбе.

Серафима и Жук - 1

Среда. Фима.

Не иметь средств на жизнь - унизительно. Хуже всего сидеть дома на родительские подачки и отвечать на ежедневные звонки мамы: «Да, ищу, да разослала. Что-что, хожу по собеседованиям. Обещают перезвонить». Трудно искать работу без опыта, сразу после универа. Одногруппники изгаляются с трудоустройством как могут: кто в семейный бизнес, у кого-то папа – депутат, у кого мама – чиновница со связями. Все пристроились. Жанка, вон, замуж вышла и дома сидит, первенца ждёт, постит слюнтявую херню про материнство.

Старик и Оля

К своим шестидесяти пяти Дмитрий Олегович, высокий статный мужчина с курчавой, но седой шевелюрой, достиг многого. Крепкая семья, взрослая дочь, шедшая по его стопам в институте, профессорский чин и звание заслуженного деятеля науки. Его лаборатория была на острие отечественной науки, впрочем, безнадежно отставшей от мировой. Регулярно выходили не только его собственные публикации, но и работы сотрудников его лаборатории, где он стоял в авторах на почётном первом месте.