Вальпургиева оргия

У подножия даже слоняться прохожему вредно
Здесь еловые сучья, как зубы вампиров, остры.
На Заклятой горе по ночам собираются ведьмы
И пылают во тьме сладострастные злые костры.

— Да забудь ты, несчастный, про эти колючие сучья!
Каждой истинной ведьме стелила их мать в колыбель...
Здесь гуляют отменные суки, повадки их — сучьи,
Трепещи потому и замри, если ты не кобель.

Полыхают оранжевым жаром ночные кошмары,
Полутени сплетений, копыта, рога, комары.

Слив спермы на слова мамы часть 4

Уже прошло три дня, как мама мне не звонила. Я помнил ее слова, что теперь звонить будет лишь она первой и от этой мысли и долгого ожидания было и стремно, а вдруг не позвонит и все кончилось и в тоже время томительно приятно. Все это время я ни разу не дрочил, понимал что кончу сразу как услышу ее голос и набравшись силы воли я просто ждал и терпел.

Около четырёх часов утра вдруг раздался звук от смс в ват сап. С просони и толком не открывая глаз я взял телефон и сразу же сердце чуть не выскочило.

Волшебный вечер

Волшебный вечер, лунный свет

Вливает в помыслы прохладу,

Капризно прячет в тень от глаз

Дневной вертеп, даря отраду.

Свивая в кронах древ узор,

Луны посланник нарисует,

Как дорог жизни каждый миг,

А суета его ворует.

Переливаясь с листьев вниз,

На твердь земную попадая,

Прохладный свет бежит к воде,

Траву немую оживляя.

Коснувшись зеркала воды,

Искрится бликами играя,

И чертит путь в зеркальной тьме,

Возможность сгинуть презирая.

Напасть

Я разрушил строенье по имени страсть,
Что меня угнетало порой,
Напрягая, как некая в жизни напасть,
И смущая фальшивой игрой...

Ты играла в семью, я — в свободу и секс,
Это было довольно смешно,
Но досадно лишь то, что не думая влез,
Я, как будто в чужое окно.

Жизнь была не моя, и, кривляясь как мог,
Я себе до поры изменял,
И теперь вот лежа, и плюя в потолок,
Безусловный нюанс осознал. специально для .

Майя

У сарая девочка на бревнышке сидит,

На солнышко весеннее, прищурившись, глядит

На коленках книжка – сборничек стихов,

На лице улыбка – радость без зубов.

Ей смазливый мальчик подарил щенка,

Но взамен на это не пошла она,

Юное сердечко, чистая душа

Ей никто не нужен – счастлива она.

Что ж, ты, Майя смотришь, вверх на небеса?

Посмотри в мальчишечьи, синие глаза,

В них сияет, светится нежная любовь,

Она ярче солнца, лучше книжных слов!

Ноктюрн

Ноктюрн

Земля непрочь уснуть.

Повисший взрыв заката

окрасил пряди у лохматых облаков.

И рельсы – пара струн, увитых тонким златом,

укрыты пледом из туманных берегов.

Колки слепых столбов настроены в миноре,

смычком по проводам выводит ветер грусть.

И перевёл вокзал отлив людского моря –

колёсный перезвон, на кастаньетов хруст.

Эстампами висят деревьев силуэты

немой элегией ушедшим временам,

и Кто-то, Ночь храня за облачным багетом,

уже готов рассыпать звёзды – семена.

Прекрасным дамам

Как девы юные прекраны,

Но ваших взглядов жду напрастно.

Я старый стал теперь и вот

Девиц ко мне и не влечет.

Как быстро время пробежало...

Теперь других пора настала

Девиц чудесных обнимать

И целовать их, целовать...

Нс смену старых кавалеров

Пришли лихие кабальеро.

Для них сердца девиц стучат,

Для них глаза огнем горят.

А старикам одно: молиться,

Поклоны бить и вновь поститься.

Кончали

Ковылем поседела жизнь.

Чайки в темечко прокричали:

– Расскажи-ка нам, не скупись,

Ты про тех, что с тобой кончали!

*.....................*

– Юниор, и ещё не прокис,

Сколько телок в мечтах курчавых!

Но они все с другими еблись...

Ты один по ночам кончаешь.

*

Стал "имаго" – ебёшь и на бис,

В деле органы, что скучали.

Стрелки стали на За-е-бись!

Сколько ж их, что с тобой кончали!

Доподглядывался

На радости что окончил школу и начинаются летние каникулы перед технарём, я прибежал пораньше домой чтоб порыться в нижнем белье сестры, посмотреть какой купальник она купила, чтоб не пялится на пляже на неё, да и просмотреть на все её кружевные трусики и стринги,

Все мои ровесники постоянно разговаривали о подглядывании, о нижнем белье, и все эти разговоры меня сильно заводили, впрочем как и остальных.

Придя в комнату сестры Любы которая в этот момент сдавала выпускные экзамены, и надеясь что она вернётся не скоро выдвинул ящик комода и стал рассматривать все её трусики как вдруг услышал голос сестры и двух её подружек, быстро вбросил всё по местам но выбежать с её комнаты незаметно не получится, и я спрятался за стул с её шмотками стоявший между шкафом и комодом, уселся на корточки и притянул к себе стул, сквозь тонкую ткань комбинации свисавшей на спинке стула — просматривалась вся её комната, они вошли в комнату и сестра замкнула за собой дверь со словами — на всякий случай, вдруг братец рано вернётся, родителей сегодня точно не будет а братец обычно поздно с гулянок возвращается, — не зная что я уже дома.

Поздравление с Новым годом!

* * *

Сейчас наступит Новый год,
По телику концерт идёт...
Сын ещё не знает,
Того, что мать желает.

Я в платье перед ним сижу,
Рукой по декольте вожу.
А на ногах чулки одеты,
Ведь скоро будем мы раздеты.

Вот сын взглянул на грудь,
Встал на правильный он путь!
Увидел он соски мои,
Так как пиздец торчат они.

«Что ты закажешь в эту ночь?»
Спросила я, чтобы помочь.
«Не знаю», — ответил он моргая,
«Ну хорошо, пошли!

Мамашке...

Ах, мамашка с коляской, молодая, горячая...
На два пальца юбчонка, и сосочки стоячие,
Ты по улицам ходишь, свежим воздухом дышишь,
Будто сдобная булочка, сексуальностью пышешь.

Расслабляясь гуляешь, по тропинкам по парковым,
Пенсионерам на лавочках, лучше нету подарка,
Всё рассмотрят дедульки: ножки, грудку, колготочки,
Их очки увеличат твою сладкую попочку.

Ты порадуешь мальчиков-онанистов прыщавых,
Полицаев, водителей, извращенцев слащавых,
Всем ты нравишься в пору, полового расцвета,
Даже мне, закосившему невзначай под поэта.

В ванне

Свечи горели по бокам

Ванны с водою.

Любовью занимались там

Вдвоём с тобою.

Причёску делала полдня

На этот вечер

Чтоб ты сильней хотел меня

При этой встрече.

О как же сильно я тебя

Тогда хотела!

Прикосновения любя...

Сплелись два тела!

Чуть неудобно... Ерунда!

Ведь романтично!

Да! Да! Ещё три раза да!

О, все отлично!

Но все равно твои глаза

Полны желанием.

СОБЛАЗНИЛА АП СКИРТОМ СЛАДКАЯ

Ее белья, узоры белые,

Взгляд соблазняли - сильно!

И формы тела, спелые

Смотрелись очень стильно!

А сзади есть ли сладкое?

Там вид еще, какой?

Хотел взглянуть украдкою...

Я потерял покой!

Как трусики, на попочке...

Едва прикрывши сласть...

Хочу такую фоточку...

Хочу уидеть страсть!

Как стринги бирюзовые,

Легли меж ягодиц...

Влечение здоровое...

И тяжесть у яиц!

Дырявино счастье...

Дырявино счастье…

Дебелая жопа сладко стонала,
Всегда, когда в свой анал давала,
Давала летом, давала в ненастье,
И в этом давании видела счастье.

В ней были мальчишек, прыщавых, хуйки,
В неё изливался любой старый хер,
Огромные члены созревших мужей,
Бутылку вбивали, и «Жопа налей!»

Звучало в компаниях ёбарей странных,
Любителей жоп и их дыр засраных.
Драли её и в кабинетах,
Где отражалась она на портретах,

Драли в избе, и в садовом домишке,
В дому сумасшедшем огромной елдою,
При малом совсем сексуальном умишке,
И даже дали задроченному местным бабьём

Конишке, что уже перестал быть конём.

Тарзан

Я дик манерой,
Хищен, волосат,
В угоду херу
Каждой бабе рад.

Нет, мне конечно
Нравятся не все,
Не каждой встречной
Предстаю в красе.

Но их так много,
Я — всегда один,
Всегда в дороге —
Раб и господин.

Я раб привычек,
Господин мечты.
Любовных стычек,
Мелкой суеты,

Всех охов, ахов
Не терплю вокруг.
Решаю махом:
Враг ты или друг.

И с женским полом
Строг я, а не груб.

Сборник эротических стихов

Поздней ночью

Когда поздней ночью очень хочется спать,

Он все время к тебе, подкрадывается в кровать,

И будет тебя, очень страстно, нежно: целовать и обнимать,

Пока ты ему, не отдашь свою страсть.

Как, он тебя искусал, погребая под свою власть

Ты приоткроешь перед ним свое воплощение,

А когда отдашь, – то будешь всегда его вспоминать,

И откроет он перед тобою, свое имя – олицетворение.

VII.

Твои руки-это сила

Твои руки — это сила, что держит меня на земле,

Их тепло — мой маяк в бушующей мгле.

Твои губы — как ягод спелых нектар,

Что пью я жадно, сердце отдав в дар.

Твой взгляд — как пламя, что страсть разожжёт,

Испепелит сомненья, что душу гнет.

Твоё тело — изгибы нежнейших цветов,

В них тону я снова и снова, без слов.

Твой голос — как шёлк, обнимает меня,

В нём музыка ночи и светлого дня.

Отпусти меня

Отпусти ты меня хоть на час,
Дай свободы глотнуть на минутку.
Я во власти твоих серых глаз
Угодил в плен-полон не на шутку.

Прикипел, привязался, дурак,
За тобой хожу, чуткий телёнок.
Я — нежданного чувства бурлак.
Безнадёжно счастливый ребёнок,

Присосавшийся к милой груди.
Умилённо, довольно моргаю.
Заберёшь грудь, молю: «Погоди!» —
И кричу, и реву, и страдаю.

Я приклеился банным листом,
К розовой попке прилип со всхлипом.

Дачные истории в стихах

1. В деревню!


(Пролог)


В деревню еду - там я домик прикупил.


Нет, не работать, для работы нету сил!


Раздолья хочется, свободой подышать


И местных барышень под липкой целовать.


Я сам рязанский и есенинский мотив


Во мне сидит, зараза, крепко так прилип...


Я выхожу на полустанке и босой



Да по тропиночке иду себе домой.


Вон хатка крайняя и есть мой "пансион",


На пару месяцев устрою там притон.

Сказка о царе Гнидоне (по мотивам "Сказки о царе Салтане")

Три девицы, взяв вина,

Сели выпить у окна.

Пивом водку запивали

И, как водится, болтали –

Кто и кем хотел бы быть,

И как легче жизнь прожить.

Разговор вели банальный,

Квази – полусексуальный.

Девки все, как на подбор –

Обосрался б Черномор,

Всю б его братву морскую

В хлам бы выели, ликуя.

Слово за слово, мечты

Завитали вкруг пзды...

Мне б родится кобылицей –

Молвит рыжая девица –

Завела б коней табун,

Наплевав на все табу.