Двухкомнатный адюльтер

Лидия протяжно стонала, когда член Марка достигал самой её глубины. Её мало беспокоило то, что в соседней комнате спит Катя, её сестра. Или не спит. Марк бы точно не смог заснуть под адский дуэт скрипящей кровати и протяжных стонов. Пикантности ситуации добавляло то, что пока Лида ездила на конференцию, Марк с Катей успели стать любовниками. Каждый день они яростно трахались везде, где их настигало желание: то на подоконнике, то на балконе, то в ванне, то на кухне, то в зале.

Стоны

Лет 15 назад со мной произошла одна история, о которой раньше я никому никогда не рассказывала. Я тогда недавно вышла замуж, детей у нас ещё не было. Муж мой первый, Колька, был в то время капитаном дальнего плавания и его часто не бывало дома. Сами понимаете, молодая женщина в одиночестве очень страдает. Особенно без секса. Я и сейчас далеко не синий чулок. А уж тогда тем более. Но спасала от этого моя работа, как ни странно. Я работала кладовщицей в круглосуточном сервисе, в 12-часовую смену, два через два.

Извинения

— И снова здравствуйте, мисс Дэвис — сказала Джоан Браун, директор школы Дугласа. Джей часто приходилось её видеть, с тех пор, как у её сына начался переходный возраст, он постоянно влипал в неприятности. Потому Джей Дэвис была частым гостем в кабинете директриссы. И каждый раз, Джоан Браун была в одном и том же чёрном мужском костюме, идеально подогнанном под длинную худую фигуру. Никакой косметики, волосы зачесаны назад, словно у яппи восьмидесятых.

Метод лечения

Истеричный смех был слышен по всему замку. Слуги испуганно косились в сторону верхнего этажа донжона, осеняя себя защитными знаками. Даже закаленные в боях рыцари заслышав этот смех бледнели, сжав зубы. Только монахи, что сидели в комнате ниже продолжали монотонно читать молитвы, не обращая внимание на пугающие всех звуки. Граф сидя у себя в кабинете мрачно цедил вино из кубка. Перед ним сидели два гостя в серых робах.

— Милорд, больше тянуть нельзя.

Право первой ночи

Замок Ней был основан в давние и неспокойные времена. Его основатель, первый барон Ней был сподвижником самого Адальрика, героя что принес сюда веру в драконов-близнецов и победил демона Бертегизела. Адальрик основал королевство Цвиллиг, а первый барон Ней построил на самом беспокойном рубеже нового государства пограничный замок. Многие поколения Неи защищали королевство, пока во времена королевы Хильды Завоевательницы, границы не отодвинулись далеко на юго-восток.

Больше никогда

— Ну че, как жизнь половая? — спросил Виталик и пошло подмигнул. Терпеть не могу эти его тупые подмигивания. Особенно отвратно они смотрятся на его покрытом рытвинами лице. Гуру пикапа из старого мема, один в один. Такие же противные бегающие глазки и длинные сальные волосы. Но друзей, как и любимых не выбирают. Потому я отхлебнул пива и ответил, что все в норме. Мы, как заведено многие годы, каждую пятницу встречались в небольшом подвальном баре и пропускали 2—3 кружки, прежде чем разойтись по домам.

Кракен

Где я? Я решил отдаться течению, и оно принесло меня куда-то, где ещё бывать не доводилось. Хотя, где ещё мне не доводилось бывать? Я древнее чем все острова и континенты этого мира. Я помню начало времен и Эдемский сад. Я был первым у первой в мире женщины. Её глупый муж застал нас, и увидел лишь одно из моих щупалец, по своему незнанию принял его за змею. Бедные змеи. Вы заслужили свою плохую репутацию из-за меня, вернее одного моего щупальца, которое оказалось не столь расторопным, как все прочие.

Графиня и кастрат

Лилиан всегда любила подобные приемы и балы. Особенно, если на них собиралось столь блистательное общество. Но сегодня, на приеме в честь принца Субиза, она не могла заставить себя веселиться. Немудрено, шевалье Олифант более двух месяцев назад отбыл по приказу командования в Луизиану, где шла война с англичанами и индейцами, и с тех пор от него не было никаких вестей. Сначала она пыталась заглушить эту тоску играми с Мадлен, но после того, как она заставила служанку отдаться двум карликам, та покинула замок и больше её никто не видел.

Графиня и разбойники

Графиня очень любила свой замок, но иногда он становился ей невыносим. Бывало же так, что он начинал казаться ей темницей, настоящей тюрьмой. Ей становилось душно в его стенах, словно грудь её стискивал чересчур туго затянутый корсет. Чаще всего это происходило, когда в замок прибывал старший сын графа, виконт де Шомбар, человек грубого нрава, порочный, похожий на борова, которого потехи ради нарядили в камзол и парик.

Потому, не дожидаясь, пока карета виконта покажется на той стороне реки, Лилиан велела слугам подготовить все необходимое для её путешествия.

Её первый голем

Многим джиннам не нравился мир людей, они считали свое пребывание в нем чем-то вроде наказания или испытания воли. Но только не Ионе. Ей в этом мире нравилось решительно все, не было той области, к которой она бы не испытывала интереса или любопытства. Возможно, именно подобное отношение помогло ей стать предводителем джиннов.

Иона жадно стремилась познать этот мир во всех его аспектах. И это касалось не только знаний и алхимических навыков.

Огуречная маска

Привет, это снова я! Помните, я уже присылала сюда рассказ из своей жизни «Стоны»? Не ожидала, что он так понравится. Ну раз так, то расскажу ещё один странный случай из своей жизни. Произошел он совсем недавно.

В общем, я уже много лет замужем за Русиком, мы познакомились, когда я ещё кладовщицей работала. Сколько воды утекло с тех пор. Я уже давно домохозяйка, у нас трое деток. Но вот секс все равно мне не приедается, несмотря на все домашние хлопоты.

Закон гостеприимства

Лионза сидела в юрте на месте почетного гостя. Раксен занимал свое почетное место у неё на плечах, в качестве плаща. Хозяин юрты, старый эльф-кочевник, курносый, морщинистый, с блестящей лысиной, среди растрепанной копны седых волос, угощал её местным пойлом. Лионза боялась представить из чего оно сделано. Капитул любил посылать её далеко и надолго. Потому она много путешествовала. Ей доводилось пробовать и перебродившее кобылье молоко, и напиток из грифоновой мочи.

Уборщица

— Вы можете выйти на секунду?

Я вздрогнул и растерянно посмотрел по сторонам. Так залип на фотку одной знакомой в инсте, что потерял чувство места и времени. А меж тем был вечер рабочего дня, я в маленькой каморке без окон, что служит мне кабинетом, и мне нужно до конца дня сваять очередной отчет в головное подразделение. Но вместо этого я залипаю на женские задницы на фотографиях и кручу в руках скомканную бумажку. Но кто со мной говорит?

Двоелуние

Отпущенная тетива тренькнула, стрела коротко свистнула и исчезла в траве. Крин досадливо зашипел, как от боли. Опять промазал. Который уже раз. Руки, натруженные от постоянных упражнений болели, но он с утра ни разу не попал в медвежью шкуру, что висела на стене длинного приземистого дома.

Крина жгла досада, ведь его сегодня не взяли на охоту, оставили присматривать за младшими. Как будто Фро с этим не справится! Старый противный Фро, который сейчас дрыхнет в своей хижине.

Первый раз Мари

Мари не понимала, к чему в древнем французском замке английское окно. Оно не раскрывалось створками, как все нормальные окна, а поднималось вверх. При том с большой натугой и даже поднятое вверх, все время висело дамокловым мечом, угрожая обрушиться на шею несчастной служанки, когда та протирала пыль на подоконнике и наводила чистоту с внешней стороны. Да или просто решила бы высунуться, полюбоваться парком, устраивая себе небольшой отдых от дневных хлопот.

Тигр

Вспыхнула молния, на мгновение осветив хижину. Этот небесный свет придал лицам всех троих насильников зловещее выражение.

— Да ты не бойся, тебе понравится! — ухмылялся Гоккей, — сама ещё будешь просить, да пожестче!
Его подручные, два амбала на одно лицо загоготали. Они прижимали Саи к полу, в то время как Гоккей, тяжело дыша от похоти возился с завязками своей одежды. Подручные Гоккея тоже были возбуждены, Саи с отвращением чувствовала острый запах, исходящий от них.

Графиня рисует

Лилиан такие ясные и спокойные дни, что бывают ранней осенью, любила посвящать рисованию. Она и до замужества проявляла интерес к этому занятию и даже достигла некоторого успеха, особенно в рисованию пастелью. Конечно, её рисунки нельзя было сравнить с пастелями непревзойденной Розальбы Каррьеры, но многие находили их приятными глазу и не лишенными изящества.

Именно благодаря этим скромным умениям, Лилиан и вышла замуж за графа де Шомбара.

Железо и шелк

Раксен неожиданно остановился, втянул воздух и еле слышно зарычал. Впрочем, Лионза уже давно видела стаю ворон, что кружила над возвышенностью. Она тихонько коснулась пяткой Раксена, побуждая двигаться дальше. Но он и не думал сдвинуться с места.

— Там опасно — тихо сказал он.

Лионза почесала его ухом.

— Там никого нет. Кроме мертвых.

И она указала зверю на кружащих падальщиков. Леопард недовольно заворчал.

— Я тебя прекрасно понимаю — сказала Лионза, — мне тоже не нравится эта страна.